Пятница, 22.06.2018, 17:46 | Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход
Главная » 2012 » Апрель » 10 » 11-е апреля
22:10
11-е апреля
ВЕЛИКАЯ СРЕДА
СТРАСТНОЙ СЕДМИЦЫ ВЕЛИКОГО ПОСТА

 
 
Великая среда.

Прпмч. Марка, еп. Арефуссийского, мч. Кирилла диакона и иных многих при Иулиане пострадавших (ок. 364).
Прп. Иоанна пустынника (IV).
Свт. Евстафия исп., еп. Вифинийского (IX).
Прпп. Марка (XV) и Ионы (1480) Псково-Печерских.
Новосвщмч. Павла Войнарского и иже с ним Павла и Алексия (1919).


Литургия Преждеосвященных Даров.

Утр. – Ин., 41 зач. (от полу́), XII, 17–50. Лит. – Мф., 108 зач., XXVI, 6–16.
Порядок службы, как в Понедельник. На утрене трипеснец. На изобразительных вместо отпуста – молитва «Владыко Многомилостиве...».
На литургии после «Буди Имя Господне...» 3 великих поклона, обычно с молитвой прп. Ефрема Сирина, после чего земные поклоны прекращаются до дня Святой Троицы (кроме поклонов у Святой Плащаницы). Отпуст «Грядый Господь...».

Трапеза

Сухоядение. На трапезу подается невареная пища. Мясо, молоко, яйца, рыбу, елей и вино не едим.

Страстная среда: Между Богом и нами могут стоять только две преграды


• Митрополит Сурожский Антоний •
Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Мне хочется сказать всего несколько слов. Мы уже подходим к самим Страстям Господним, и из всего, что мы читали, из всего, что мы слышали, так ясно делается, что Господь может всё простить, всё очистить, всё исцелить, и что между нами и Им могут стоять только две преграды. Одна преграда это — внутреннее отречение от Него, это поворот от Него прочь, это потеря веры в Его любовь, это потеря надежды на Него, это страх, что на нас у Бога может не хватить любви…
Петр отрекся от Христа; Иуда Его предал; оба могли бы разделить ту же судьбу: либо оба спастись, либо оба погибнуть. Но Петр чудом сохранил уверенность, что Господь, ведущий наши сердца, знает, что несмотря на его отречение, на малодушие, на страх, на клятвы, у него сохранилась к Нему любовь, любовь, которая теперь раздирала его душу болью и стыдом, но любовь. Иуда предал Христа, и когда он увидел результат своего действия, то он потерял всякую надежду; ему показалось, что Бог его уже простить не может, что Христос от него отвернётся так, как он отвернулся от своего Спасителя; и он ушел…
Часто нам думается, что он ушел в вечную погибель; и от этого у нас, — может быть, недостаточно, — содрогается сердце и ужасается: не­ужели он мог погибнуть?… К Петру пришли другие ученики, его взяли с собой несмотря на его измену; Иуда среди них был какой-то чужой, нелюбимый, непонятный; к нему, после его измены, никто не пошел. Если бы измена иудина случилась после Воскресения Христова, после того, как ученики получили дар Святого Духа, думается, что они не оставили бы его погибнуть в этом страшном одиночестве, не только без Бога, но и без людей.
Христос не оставляет никого… И как бы ни страшно было думать об Иуде, о том, что его слово погубило Бога, при­шедшего на землю, однако где-то должна в нас теплиться надежда, что бездонная премудрость Божия и безграничная, крестная, кровная Его любовь и его не оставит… Не будем произносить и над ним последнего, страшного суда — ни над кем. Как-то, много лет тому назад, светлый русский богослов Владимир Николаевич Лосский, говоря о спасении и погибели, закончил свое слово надеждой; говоря уже не о Иуде, не о Петре, ни о ком из нас, он сказал, говоря о сатане и о споспешествующих ангелах его, что мы должны помнить, что на земле, в борьбе за спасение или за погибель человека, Христос и сатана — непримиримые противники; но что в каком-то другом плане и сатана, и темные, падшие духи являются тварью Божией, и Бог Свою тварь не забывает…

И мы сегодня видим и другой образ; я только что говорил, что нас может отделить от Бога наше, и только наше отречение от Него, и бегство от Него, невера в Его любовь, в Его верность. Но есть другое, что нас может отделить от Бога; об этом мы слышали постоянно эти дни; это ложь и это лицемерие. Это ложь людей, которые не хотят на себя посмотреть, не хотят себя видеть, какие они есть, которые хотят обмануть себя, обмануть других, обмануть Бога, прожить в мире иллюзий, в мире нереальности, в котором им на время спокойно, безопасно; это нас тоже может отделить от Бога…
Одного подвижника раз спросили, как может он жить с такой радостью в душе, с такой надеждой когда он себя знает грешником? И он ответил: Когда я предстану перед Богом, Он меня спросит: Умел ли ты Меня любить всей душой твоей, всем помышлением, всей крепостью твоей, всей жизнью твоей?.. И я отвечу: Нет, Господи!… И Он меня спросит: Но поучался ли ты тому, что тебя могло спасти, читал ли ты Мое слово, слушал ли ты наставления святых?.. И я Ему отвечу: Нет, Господи!… И Он тогда меня спросит: Но старался ли ты сколько-то прожить достойно своего хоть человеческого звания?.. И я отвечу: Нет, Господи!… И тогда Господь с жалостью посмотрит на мое скорбное лицо, за­глянет в сокрушенность моего сердца и скажет: В одном ты был хорош: ты остался правдив до конца; войди в покой Мой…

Сегодня мы читали утром о том, как блудница приблизилась ко Христу; не покаявшаяся, не изменившая свою жизнь, а только пораженная дивной, Божественной красотой Спасителевой; мы виде­ли, как она прильнула к Его ногам, как она плакала над собой, изуродованной грехом, и над Ним, таким прекрасным в ми­ре таком страшном. Она не каялась, она не просила прощения, она ничего не обещала, — но Христос, за то, что в ней оказалась такая чуткость к святыне, такая способность любить, любить до слез, любить до разрыва сердечного, объявил ей прощение грехов за то, что она возлюбила много… И когда Петр был Им прощён, он тоже сумел Его много любить, может быть, больше многих праведных, которые никогда не отходили от Спасителя, потому что ему было прощено так много…
Скажу снова, что вчера сказал: мы не успеем покаяться, мы не успеем изменить свою жизнь до того, как мы встретимся сегодня вечером и завтра, и в эти наступающие дни со Страстями Господними; но приблизимся ко Христу как блудница, как Мария Магдалина — со всем нашим грехом, и вместе, отозвавшись всей душой, всей силой, всей немощью на святыню Господню, поверим в Его состраданье, в Его любовь, поверим в Его веру в нас, и ста­нем надеяться такой надеждой, которая ничем не может быть сокрушена, потому что Бог верен, и Его обетование нам ясно: Он пришел не судить мир, а спасти мир… Придем же к Нему, грешники, во спасение, и Он помилует и спасет нас. Аминь.
Во имя Отца и Сына и Святого Духа, М., 2000 г.

ВЕЛИКАЯ СРЕДА СТРАСТНОЙ СЕДМИЦЫ ВЕЛИКОГО ПОСТА

Иуда протянул руки к беззаконным; та искала оставления грехов, а этот взял сребренники. Грешница принесла миро для помазания Господа; ученик соглашался с беззаконными. Она радовалась, тратя миро многоценное; этот заботился продать Неоценимого. Она Владыку познавала, а этот от Владыки удалялся. Она освобождалась от греха, а этот делался пленником его.
Святитель Иоанн Златоуст

В ночь на среду Господь провел в Вифании. Здесь, в доме Симона прокаженного, в то время, когда в совете первосвященников, книжников и старейшин было уже решено взять Ииисуса Христа хитростью и убить Его, некая жена «грешница» возлила драгоценное миро на главу Спасителя и тем уготовала Его на погребение, как судил Сам Он об ее поступке. Здесь же, в противоположность бескорыстному поступку жены грешницы, родилось в неблагодарной душе Иуды, одного из двенадцати учеников Спасителя, преступное намерение предать беззаконному совету своего Учителя и Господа. Поэтому в церковной службе Великой среды прославляется жена грешница и порицается и проклинается сребролюбие и предательство Иуды.
В день предания Господа на страдания и смерть за грехи наши, когда Он простил грехи жене грешнице, Церковь по совершении часов оканчивает, по древнему обыкновению, чтение молитвы: «Владыко многомилостиве, Господи Иисусе Христе Боже», которою она в продолжение Великого Поста ежедневно, на богослужении повечерия, при приклонении глав и колен предстоящими, ходатайствует пред Богом о даровании нам оставления прегрешений наших. В последний также раз в Великую среду совершается Литургия Преждеосвященных даров, на которой Церковь благовествует о жене, помазавшей Господа миром, и о предательстве Иуды (Мф. 26, 6-16). В Великую среду прекращаются и великие поклоны, творимые при молитве святого Ефрема Сирина: «Господи и Владыко живота моего». После среды постановлено совершать эту молитву до Великого пятка только инокам в келиях. Таким образом, молитва Ефрема Сирина в среду седмицы Сырной начинается, и в среду Страстную оканчивается.
Протоиерей Г.С. Дебольский,
«Дни Богослужения Православной Церкви», т.2

Песнопения из службы в среду Страстной седмицы Великого Поста

Господи, яже во многия грехи впадшая жена, Твое ощутившая Божество, мироносицы вземши чин, рыдающи миро Тебе прежде погребения приносит: увы мне глаголющи! Яко нощь мне есть разжжение блуда невоздержанна, мрачное же и безлунное рачение греха. Приими моя источники слез, Иже облаками производяй моря воду. Приклонися к моим воздыханием сердечным, приклонивый небеса неизреченным Твоим истощанием: да облобыжу пречистеи Твои нозе, и отру сия паки главы моея власы, ихже в раи Ева, по полудни, шумом уши огласивши, страхом скрыся. Грехов моих множества, и судеб Твоих бездны кто изследит? Душеспасче Спасе мой, да мя Твою рабу не презриши, Иже безмерную имеяй милость.
«Женщина, предавшаяся многим грехам, Твое, Господи, ощутившая Божественное естество, как мироносица, рыдая, приносит Тебе миро прежде погребения, говоря: О, горе мне! Как ночной кошмар мое блудное непотребное разжжение, мрачное и безлунное служение греху. Прими потоки моих слез, Наполняющий моря дождевыми каплями; приклонись к моим сердечным воздыханиям, Приклонивший небеса несказанным Твоим воплощением, да облобызаю пречистые Твои ноги и отру их своими волосами – те самые ноги, шаги которых Ева в раю услышав, в страхе скрылась. Множество моих грехов и тайны Твоих судеб кто исследует? О Спаситель моей души, бесконечно Милостивый, не презри меня, Твою рабу».

Тропарь

Евангелие от Матфея

Когда же Иисус был в Вифании, в доме Симона прокаженного, приступила к Нему женщина с алавастровым сосудом мира драгоценного и возливала Ему возлежащему на голову. Увидев это, ученики Его вознегодовали и говорили: к чему такая трата? Ибо можно было бы продать это миро за большую цену и дать нищим. Но Иисус, уразумев сие, сказал им: что смущаете женщину? она доброе дело сделала для Меня: ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда имеете; возлив миро сие на тело Мое, она приготовила Меня к погребению; истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие в целом мире, сказано будет в память ее и о том, что она сделала. Тогда один из двенадцати, называемый Иуда Искариот, пошел к первосвященникам и сказал: что вы дадите мне, и я вам предам Его? Они предложили ему тридцать серебренников; и с того времени он искал удобного случая предать Его.
Мф. 26, 6-16

Толкование на святого евангелиста Матфея

В то время, как все прочие жены приходили только за получением исцеления телесного, она (грешница) пришла исключительно за тем, чтобы воздать честь Иисусу, и получить душевное исцеление. Она не имела никакого повреждения в теле, и потому особенно всякий должен ей удивляться. И не как к простому человеку подходит она к Иисусу, – иначе не отерла бы своими власами ног Его, – но как к такому лицу, которое выше человека. Поэтому и принесла к ногам Христовым главу свою, часть тела, которая драгоценнее всего тела…
Они (ученики) слышали, как Иисус говорил: милости хочу, а не жертвы, и порицал иудеев за то, что они оставляли важнейшее – суд и милость и веру, как на горе разсуждал с ними о милостыне, и из всего этого выводили заключение и разсуждали друг с другом: если не допускает всесожжений и древнего богослужения, то тем менее допустит помазание елеем. Но так думали ученики, Иисус же, видя мысли жены попускает ей приблизиться. И, так как благоговение ее было велико и усердие невыразимо, то Он, по величайшему снисхождению Своему, позволил ей излить миро на главу Свою. Если Он не отказался соделаться человеком, был носим во чреве, питался млеком, то чему удивляться, если и этого не отвергает? Как Отец Его принимал курение и дым, так и Он принял блудницу, одобряя, как я прежде сказал, ее расположение…
Умолчано о подвигах бесчисленных царей и полководцев, которых памятники еще сохранияются; неизвестны ни по слуху, ни по имени те, которые построили города, соорудили стены, одержали победы на войнах, воздвигли трофеи, покорили многие народы, хотя они и поставили статуи и издали законы; но то, что жена блудница излила елей в доме некоторого прокаженного в присутствии десяти мужей, все воспевают во вселенной. Прошло столько времени, а память об этом событии не истребилась; и персы, и индийцы, и скифы, и фракияне, сарматы, и племя мавров, и жители Британских островов повествуют о том, что сделала жена блудница в Иудее – тайно, в доме. Велико человеколюбие Господа! Он принимает блудницу, блудницу лобызающую ноги, возливающую елей и отирающую власами, принимает и упрекает тех, которые обвиняют ее…

Иуда не тронулся этим и не убоялся, когда услышал, что Евангелие будет проповедано повсюду (а сказанное заключало в себе не выразимую силу); тогда как жены, и жены блудницы, оказывали такую честь Иисусу, он совершал диавольское дело… Вот какое великое зло сребролюбие! Оно именно сделало Иуду и святотатцем, и предателем. Услыште все сребролюбцы, страждущие болезнию Иуды, – услыште и берегитесь этой страсти. Если тот, кто находился со Христом, творил чудеса, пользовался таким учением, низвергся в такую бездну от того, что не был свободен от этой болезни, то тем более вы, не слышавшие даже Писания и всегда прилепляющиеся к настоящему, удобно можете быть уловлены этою страстию, если не будете прилагать непристанного попечения. Иуда ежедневно находился с Тем, Кто не имел, где главы преклонить, ежедневно был научаем делами и словами тому, что не должно иметь ни золота, ни сребра, ни двух одежд, – и при всем том не вразумился. Как же ты надеешья избежать этой болезни, когда не употребляешь сильного врачевания и не прилагаешь сильного старания? Ужасен, по истине ужасен этот зверь. Впрочем, если захочешь, легко победишь его. Это не есть похоть врожденная, как то доказывают освободившиеся от нее. Естественные влечения всем общи; а эта похоть происходит от одного нерадения; от него рождается, от него возрастает, и когда уловит пристрастных к ней, заставляет их жить противоестественно. В самом деле, когда они не признают единоплеменников, друзей, братьев, сродников, словом – всех, а с ними вместе не знают и самих себя, то не значит ли это жить противоестественно? Отсюда ясно, что противоестественна и злоба, и болезнь сребролюбия, подвергшись которой, Иуда сделался предателем. Как же он сделался предателем, спросишь ты, когда призван Христом? Бог, призывая к Себе людей, не налагает необходимости, и не делает насилия воле тех, которые не желают избрать добродетели; но увещевает, подает советы, – все делает и всячески старается, чтобы побудить их сделаться добрыми; если же некоторые противятся этому, Он не принуждает. Если ты хочешь узнать, отчего Иуда сделался таким, то найдешь, что он погиб от сребролюбия. Отчего же, спросишь, он уловлен этою страстию? Отого, что был безпечен. От безпечности происходят такие перемены, тогда как от ревности происходят перемены противоположные…
Все это сказано мною для того, чтобы показать, что если мы будем бодрствовать, то никто не может сделать нам вреда, и что не от бедности, а от нас самих бывает нам вред. Поэтому умоляю вас всеми силами истреблять болезнь сребролюбия, чтобы нам и здесь сделаться богатыми, и насладиться вечными благами, которых да сподобимся все мы благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава во веки веков. Аминь.
Святитель Иоанн Златоуст


Триодь постная: Страстная среда – таинство елеопомазания. 2 апреля 1980 г.

Сейчас мы будем совершать Таинство Елеопомазания больных.
Установлено это Таинство было еще в апостоль-ские времена, но на Страстной неделе оно стало совершаться со времени Крымской войны, в осажденном Севастополе. Болезнь, насильственная смерть грозили каждому, и архиерей города повелел всем – что я говорю: просил, чтобы каждый приготовился к смерти и к тому, чтобы предстать перед Богом очищенным от всякой скверны. Каждый каялся в своих грехах перед лицом угрожавшей или даже верной смерти; и затем каждый помазывался во исцеление души и, следовательно, тела от болезни, от хрупкости, от голодной слабости.
Нам не угрожает, поскольку мы знаем, насильственная смерть; но все мы стоим перед лицом собственной смертности. Смерть придет на каждого из нас, болезнь поражает каждого из нас в его время. И есть болезнь тела, но есть также в постепенном умирании человека нечто, что относится к его духу: злопамятность, ненависть, горечь, страх, зависть, ревность – все чувства, которые направлены против нашего ближнего. А также чувства – или бесчувствие, – которые отчуждают нас от Бога, разрушают нас в душе и в теле так же верно, как болезнь.
И вот сейчас, когда мы будем стоять перед Богом, слушая призыв Апостолов о том, чтобы нам покаяться, слушая Евангелие, провозглашающее о прощении и об исцеляющей силе Божией, будем, каждый из нас, помнить о нашей смертности, о нашей хрупкости, о том, что мы изо дня в день стоим перед судом нашей души и нашей совести и так мало слышим его; о том, что каждый из нас в какой-то день встанет перед Богом и увидит, что полжизни, а то и большую ее часть он потратил напрасно: потому что единственный плод жизни – это любовь, благодарность, поклонение Богу, стяжание Духа Святого.
Покаемся же, то есть обернемся от смерти к жизни, от самих себя к Богу, от потемок и мрака – к чистому свету Христову. И затем, со всей искренностью принеся Богу в течение этой службы сердце сокрушенное, дух кающийся, приняв решение не допустить, чтобы Христовы жизнь и смерть оказались для нас напрасными, примем помазание святым Елеем во исцеление души и тела, елеем радования, елеем, который восстанавливает силу, который приготавливает нас на борьбу со всяким злом, духовным и прочим, приготавливает нас стать воинами Христа. Встанем же сейчас перед Богом в обнаженности правды, в обнаженности души, которая не ищет скрыться и защититься от своей совести, и получим исцеление. Исцеление души и, в той мере, в какой это полезно для нас, исцеление тела: потому что мы призваны быть сильными силой Господней, но мы также призваны, таинственным и иногда пугающим нас образом, нести в нашем теле смерть Христову, нести в нашем теле раны Христовы, чтобы восполнить в наших телах недостающее страстям Христовым.
Станем же чистыми духом и душой, так, чтобы всякая душевная боль или страдание или всякое страдание тела были плодом не смерти в нас, но нашего единства со Христом, и блаженны мы, что будем в эти дни призваны разделить с ним Его страсти...


Триодь постная: Страстная среда и таинство елеопомазания. 26 апреля 1989 г.

В сегодняшней службе мы с чувством ужаса, но также и трагического трепета вспоминаем предательство Иуды; и в этой же службе вспоминается событие, когда трое юношей были брошены в огненную печь царем вавилонским. Остановимся на мгновение на иудином предательстве.
Он был учеником; он был так же близок к Господу Иисусу Христу, как и каждый из других Его учеников. Каким-то образом, слишком таинственным, чтобы мы даже могли строить догадки, что-то с ним случилось: он избрал стяжательство, властолюбие, он избрал мир вместо нищеты, вместо предельного истощания Божия. Он был свободен: он сделал выбор. И одновременно само это его предательство раскрывает нам еще раз по-новому – что есть Божественная любовь: на фоне этой человеческой хрупкости и этой человеческой измены мы видим, как Христос говорит ему: Иди и делай, что собирался!.. Ни слова осуждения; только обращенные к ученикам слова, пронизанные болью: Лучше было бы тому человеку не родиться, который предает Сына Божия... И снова: когда Иуда приходит в Гефсиманский сад, принося смерть и предательство, Христос к нему обращается со словом такой силы любви, такой полноты любви: Друг! На какое дело ты пришел?.. В момент, когда Иуда предает Христа, чтобы Он был убит, Он зовет его: "Друг!”, потому что Он не изменяет никому; Он остается верным... И вечная судьба Иуды тоже покрыта для нас тайной; мы можем только представить себе, что, когда Христос сошел во ад и победил ад, Иуда и Христос снова встретились лицом к лицу. К чему привела эта встреча, мы гадать не можем. Но мы можем ставить перед собой вопросы о нашей собственной верности или наших изменах. Предательство Иуды было вызвано его привязанностью к вещам земли, его политическими планами, его желанием обогатиться; в конечном итоге – его непониманием Христа и путей Божиих. Тут предостережение: он – как человек из притчи, который отказался прийти на брачный пир, потому что купил поле и думал, что владеет им, а на самом деле он оказался во власти того, что приобрел; который отказался прийти, потому что купил волов и ему надо было испытать их, у него было дело на земле и не было времени на брачный пир; который отказался прийти, потому что сам нашел себе жену и сердце его было полно собственной радостью, не было в нем места для радости и счастья другого... Не похоже ли это на нас самих в стольких отношениях? Но, сказав все это, можем ли мы забыть слово Христа: "Друг!” – верность Того, Кого Книга Откровения называет "Верным”: Он верен навсегда.

Верность мы видим также во втором образе сегодняшнего богослужения; это образ Ветхого Завета: трое юношей, которые отказались поклониться ложным богам – жадности, властолюбию, ненависти, – которые все это отвергли и были за это приговорены царем вавилонским к сожжению в пылающей печи. И когда царь пришел посмотреть на зрелище их казни, он воскликнул: Не троих ли мужей мы бросили в огонь связанными? И вот я вижу четырех мужей, ходящих без цепей, и вид четвертого подобен Сыну Божию... – В самых страшных, самых жестоких испытаниях, в самых лютых искушениях, когда искушение пламенеет и горит страдание, Христос с нами. Не достаточно ли этого, чтобы напитать нашу надежду уверенностью и из нашей робкой, шаткой надежды сделать такую надежду, которая есть уверенность, что Бог с нами!

Но относится ли это только к тем, кто праведен? Трое юношей страдали ради Бога – как же грешники, преступники, злодеи? Вспомним небольшой холм вне стен града – Голгофу; три креста; на одном умирает Сын Божий, непорочный, но несущий на Себе грех, зло всего мира. И два человека, которые были действительно злы. И поскольку один из них признал, что он зол, что творил зло, он обернулся ко Христу с воплем раскаяния, сожалея о том, чем он был, что он сделал, принимая последствия того, чем был и что сделал как справедливое возмездие за свои грехи. Вспомним его слова, обращенные к другому злодею, чтобы унять его богохульство: Мы справедливо осуждены, потому что мы преступники а Он умирает обреченный, засуженный несправедливо, потому что Он не сделал ничего дурного... И вот первый принял все последствия, всю боль, все страдание, весь ужас, который выпал ему, потому что увидел в этом справедливость: Божию правду и карающую справедливость людскую. И Христос обещал ему, что в тот самый день он будет с Ним в раю.
О чем это снова говорит нам? Это говорит, что все мы стоим перед Богом осужденными. Не творили ли мы зло? Не преступники ли мы, то есть не преступили ли мы грани из Земли Обетованной, земли Божией в землю, которая еще под властью врага? Не предали ли мы правду, отвернувшись от закона жизни и избрав закон смерти? И опять: когда мы оглядываемся на себя, не можем ли мы увидеть себя как изуродованную икону, образ Христов? И изуродованный не обстоятельствами, не другими людьми, а прежде всего нами самими? И тогда мы можем повернуться к Богу и сказать: Да! Я признаю, что я обманул Твое доверие! Я оказался недостоин Твоей веры в меня – и я принимаю все последствия своей неверности. Господи! Я распинаюсь болью и стыдом; Господи, прими меня в Твое Царство... И ответ: Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я дам вам мир! Придите ко Мне!..

И вот мы подходим сегодня к Таинству Елеопомазания с этим многогранным сознанием, которое предлагается нам сегодняшней службой. Мы идем в уверенности, что Бог с нами в нашем испытании и в нашем искушении, в опаляющем пожаре зла и в пламенеющем горниле очищения, если только мы примем последствия того, чем мы являемся. И если мы обратимся к Богу и скажем: Господи! Я согрешил против Неба и перед Тобой! Я больше недостоин называться Твоим сыном, Твоей дочерью – мы будем приняты Богом, как блудный сын был принят своим отцом: прощенные, принятые в объятия, получившие нашу первую одежду, одаренные Божиим доверием, названные нашим подлинным именем: сын Мой, дочь Моя...
Примем же это Таинство Помазания во исцеление души и тела просто потому, что мы пришли к Богу, просто потому, что говорим: Господи, спаси нас! – как Петр кричал, когда тонул. И мы будем очищены, исцелены, поставлены на путь спасения... Какое диво! Как дивно быть так любимыми и так уверенными, что мы любимы.
Будем поэтому идти с уверенностью, с надеждой, которая и есть надежда явленная, и принесем Богу столько любви, сколько можем: иногда благодарность может быть началом любви. Принесем Ему наше доверие, нашу благодарность и примем от Него прощение и обновление жизни. Аминь.

Просмотров: 456 | Добавил: Администратор | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: