Понедельник, 25.09.2017, 07:17 | Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход
Главная » 2017 » Июль » 11 » ДОСТОВЕРНЫ ЛИ ЖИТИЯ СВЯТЫХ?
18:51
ДОСТОВЕРНЫ ЛИ ЖИТИЯ СВЯТЫХ?


Мученичество святого Пафнутия 
Тентирского († 303).
Фреска монастыря Грачаница, Косово,
Сербия, XIV век Храм-усыпальница 
св. Олега в Осташёве

ДОСТОВЕРНЫ ЛИ ЖИТИЯ СВЯТЫХ?

Поминайте наставники вашя, 
иже глаголаша вам слово Божие: 
ихже взирающе на скончание 
жителства, подражайте вере их.
Евр. 13, 7

 

Перед каждым сознательно верующим и церковно ориентированным современным человеком рано или поздно встает вопрос о достоверности житий святых. До настоящего времени, насколько знаем, в нашей православной литературе он подробно не рассматривался. Что такое жития – басни, легенды, благочестивые вымыслы, набожные фантазии, как думают многие у нас и как воспринимают их чаще всего на Западе? Или в них содержится историческая истина? Может быть, это некий особый вид церковной беллетристики, религиозные повести известных и неизвестных церковных писателей, рожденные в благородном порыве к святости? Или же там описаны подлинные деяния, труды и чудеса реальных людей, поживших в подвиге и достигших духовного совершенства?

Мы постараемся ответить на этот вопрос на основании достоверных исторических фактов, а также векового церковного сознания – убеждений, традиций и преданий, имеющих для нас, православных христиан, значение объективных доказательств. Ибо мы веруем в то, во что верует Святая Церковь, и принимаем все, что она приняла и одобрила как святое, будучи сама святой и непорочной (см.: Еф. 5, 27), столпом и утверждением истины (см.: 1 Тим. 3, 15).

Святая Церковь, основанная Господом Иисусом Христом на земле, как историческое явление имеет свои начало и историю. В ее ограде спасалось и спасается безчисленное множество христиан, подвизались сонмы угодников Божиих, просияло немало великих мужей. Они оставили по себе столь глубокое наследие, что Церковь не могла предать их имена и подвиги забвению. Апостол Павел советовал первым христианам: Поминайте наставники ваша, иже глаголаша вам слово Божие: ихже взирающе на скончание жителства, подражайте вере их (Евр. 13, 7). Следуя этому священному завету, Святая Церковь еще с древнейших времен сохраняла и записывала воспоминания как о Христовой проповеди, искупительных страданиях, Крестной смерти и славном воскресении (святые Евангелия), так и о свершениях Святых Апостолов и их преемников. Первые жития – это книга Апостольских Деяний, повествующая о делах святых благовестников Петра, Павла, Варнавы и прочих. Вскоре после этого появились жизнеописания и апостольских мужей – священномученика Поликарпа, епископа Смирнского, святого мученика Иустина Философа, священномученика Климента Римского и иных. Между тем Церковь Христова сохранила память и о всех тех событиях из жизни Святых Апостолов, которые не отражены ни в Евангелиях, ни в Деяниях, ни в Посланиях, вошедших в новозаветный канон. Известно, что Апостолы совершили намного более описанного в Новом Завете. Разумеется, Церковь не могла относиться к памяти об их трудах, чаще всего венчавшихся мученической смертью за Христа, пренебрежительно. Как история помнит деяния великих Царей, полководцев и первооткрывателей, так и Церковь ревностно слагала в своем духовном хранилище свидетельства о подвигах князей Царствия Божия – Святых Апостолов, которые, облеченные Божественной силой, произвели величайший духовный переворот в истории человечества и тем обезсмертили свои имена не только на земле, но и на Небесах.Церкви Христовой не суждено было мирное и спокойное возрастание. На ее земном существовании отразилось предсказание Господне: Аще Мене изгнаша, и вас изженут (Ин. 15, 20). На протяжении всей своей истории и ныне Церковь была и остается воинствующей. Особенно яростным гонениям она подвергалась в первые три века своего бытия. Однако в этот бурный период Церковь не только не ослабела, но, напротив, значительно укрепилась, подобно дубу при сильных порывах ветра. В то время в ней воссиял великий сонм святых – многочисленных мучеников. Они отдали свои жизни за Христа, омылись страданиями от грехов, освятились в муках и запечатлели свою преданность Христу кровью, оставив нам примеры самоотверженной любви к Богу и к истине. Они явились настоящими героями и верными последователями Спасителя и Святых Апостолов. Подвигами и неустрашимым исповеданием веры мученики показали себя примерами служения Богу – как для своих современников, так и для будущих христианских поколений. Могла ли Церковь, еще с первых веков тщательно собиравшая сведения о своих лучших чадах, презреть эту любовь к себе мучеников Христовой веры? Напротив, ее стремление как можно больше узнать о столь возлюбивших Бога людях проявилось в тот момент с особой силой: ведь эти сведения были великим утешением и укреплением для верующих тех времен и назиданием для потомков. Большая часть житий мучеников была написана непосредственно в период гонений или в ближайшее к этому время. Поэтому они являются древнейшими повествованиями и имеют множество доказательств своей подлинности.


Мученичество святой Феклы Иконийской († I).
Фреска монастыря Грачаница, Косово, Сербия, XIV век

Укажем в первую очередь на важнейшее. Римские проконсулы и судьи, занимавшиеся судопроизводством, повелевали подробно фиксировать в специальных актах ход судебных процессов по делам святых мучеников и вообще всех подсудимых лиц. Эти судебные акты известны в науке как acta proconsularia, praesidialia, judiciaria. В них, согласно требованиям судебной процедуры, точно отражались все вопросы, адресованные святым мученикам, их ответы, а также мучения, которым они были подвергнуты. Сами acta proconsularia не сохранились. Но они использовались составителями мученических житий и зачастую даже переписывались дословно. Поэтому в некоторых повествованиях о мучениках лицо автора как бы совсем отсутствует, скрываясь за объективной истиной, почерпнутой из архивных документов. Известно, что христиане доставали эти ценные бумаги из римских судилищ, либо изымая их тайно, либо получая через друзей, либо, наконец, выкупая за дорогую цену у судебных чиновников. Можно привести следующий пример. В предисловии к житию святых мучеников Прова, Тараха и Андроника (память 12 октября; здесь и далее даты указаны по церковному календарю), осужденных на смерть при Диоклетиане в 304 году, составитель указывает, что приобрел судебные акты у некоего чиновника по имени Себаст за большие деньги и переписал их.Римская судебная практика была такова: всем мученикам задавали типичные, по сути одинаковые вопросы, от всех требовали одного – отречения от Христианской веры, всех подвергали тем или иным мукам. Если святые не отрекались, их, как правило, увещевали и заключали в темницы, а в случае непоколебимого  упорства, избив, осуждали на смерть. Этой неизменной римской практикой и объясняется то обстоятельство, что жития мучеников почти всегда однообразны и составлены будто по шаблону. Но для знакомых с формами римского судопроизводства это однообразие служит доказательством исторической подлинности таких повествований. А создавались они христианами или в качестве посланий от одной Церкви к другой, или как назидательные рассказы для укрепления в вере.Но не все мученические жития составлены на основании судебных актов. Многие были записаны со слов очевидцев страданий, друзей святых. Таков, например, случай мученика Феодота Анкирского (память 18 мая), житие которого написал его сподвижник и свидетель мук некто Нил. Автор жития святого мученика Понтия Римлянина (память 5 августа) – его сверстник и друг Валерий. О мученике Василиске (память 3 марта) поведал присутствовавший при его казни Евсигний, который и сам позже пролил кровь за Христа. Воспоминания о страданиях преподобномученицы Февронии Сирской (память 25 июня) также оставила их очевидица инокиня Фомаида. Подобным образом появились и жития святых Феодора Стратилата (память 8 февраля), Феодора Тирона (память 17 февраля) и иные.Эти факты не позволяют сомневаться в достоверности изложенного в мученических житиях. Встречающиеся в них описания чудес не противоречат историчности событий. Напротив, эти истинные божественные чудеса, совершавшиеся силой Господней, являются историческими фактами. Если и в нашей повседневной жизни порой происходят необъяснимые вещи, то тем более они вероятны для необыкновенных обстоятельств мученических подвигов, когда, с одной стороны, требовалось укрепить святых страдальцев, а с другой – посрамить язычников, не веровавших в существование и всемогущество единого истинного христианского Бога.Отметим и еще некоторые важные моменты, укрепляющие веру в истинность чудесных событий, отраженных в житиях мучеников. Сами языческие судьи иногда повелевали фиксировать не только допросы и все страшные пытки, в которых святые оставались непоколебимыми, но и сопровождавшие их чудеса. Так, в житии мученика Акакия сотника (память 7 мая) говорится, что долго, но безуспешно истязавший его воевода Вивиан приказал комментарисию (смотрителю тюрьмы, – примеч. пер.) описать все деяния святого, чтобы с этим подробным разъяснением отправить того к игемону (правителю области, – примеч. пер.) Флаккину во Фракию. Естественно, это письмо, свидетельствовавшее и о чудесах мученика Акакия, приписанных неверовавшими язычниками силе некоего тайного христианского волшебства, вероятно, было использовано при составлении жития угодника Божия. Кроме того, почти все святые предавались на мучения и казнь публично, перед множеством народа, в среде которого находились и христиане – вот они-то и становились живыми свидетелями мук и чудес, сопровождавших страдальческие подвиги исповедников Христовых. Их воспоминания впоследствии служили достоверными источниками при написании житий.Почитание мучеников в Церкви развивалось естественно. Благочестивые христиане забирали их тела и погребали с особыми почестями. Видя совершавшиеся Богом через них как прижизненные, так и посмертные чудеса, они с верой просили страдальцев за имя Христово о помощи и укреплении в вере, а вскоре начали возводить в их честь и храмы. Во многих житиях мучеников рассказывается, что верные, тайно посещая их в темницах, целовали их вериги, обвязывали раны и собирали капельки их крови на платки как святыню. Также в древнейших житиях описываются чудеса, происходившие с мученическими мощами.Из наиболее ранних житий известно «Страдание Поликарпа» («Passio Polycarpi»), содержащееся в Послании Смирнской Церкви к Фригийской и упоминаемое древним церковным историком Евсевием (Церковная история. Кн. IV. Гл. 15). (Св. Поликарп принял мученическую кончину 23 февраля 156 года в царствование Антонина Пия (138–161)). Священномученик Дионисий Александрийский († 265) написал Послание к Антиохийскому епископу Фабиану, в котором подробно рассказал о гонениях в Египте при Декии (Евсевий. Указ. соч. Кн. VI. Гл. 41–42). Во многих письмах священномученика Киприана Карфагенского († 258) содержатся повествования об исповедниках и мучениках Северной Африки. К одним из самых ранних мученических житий относятся и свидетельства о святом Иустине Философе († 165; память 1 июня), признанные двумя древними историками – Евсевием и Никифором. У святого Иеронима Стридонского († 420) в его книге «De viris illustribus» («О знаменитых мужах») также собрано много житий мучеников. К числу древних принадлежит житие святых мучеников Карпа, Папила, Агафадора, Агафоника (память 13 октября) и иные.Составленные во время и после гонений жизнеописания святых мучеников и исповедников вскоре начали объединяться благочестивыми лицами в особые сборники; так постепенно появлялись книги житий. В качестве первого опыта полного собрания известных повествований о мучениках можно отметить труды церковного историка Евсевия, достоверность которых не подлежит сомнению.Книги с мученическими житиями настолько ценились в древней Церкви, что читались во время богослужений наряду со Священным Писанием. Примечательно, что Карфагенский Собор, запретивший в храмах чтение каких бы то ни было книг, кроме Священного Писания, постановил оглашать для наставления верующих жития мучеников во дни их памяти (см. правила 24 и 46). Еще одно интересное свидетельство на эту тему находим у святого Иеронима, который пишет о том, что неканонические книги предназначены «для назидания народа, а не для подтверждения авторитета церковных догматов».О почитании, которым пользовались в древности сказания о подвигах и страданиях святых, можно судить по тому, что похвальные слова в их адрес содержатся в творениях великих Отцов Церкви. Так, святитель Григорий Нисский восхвалял жизнь мученика Феодора Тирона, святитель Иоанн Златоуст – мученика Вавилы, а преподобный Ефрем Сирин – преподобного Авраамия. Этот факт ясно свидетельствует о том, что Святые Отцы верили повествованиям о деяниях и чудесах прославляемых ими угодников Божиих и, следовательно, является еще одним доказательством их правдивости.


Господь подает Евангелие святителю Николаю. 
Фрагмент фрески святого. Сербия, Печ, XIV век

Перед каждым сознательно верующим воцерковленным современным человеком рано или поздно встает вопрос о достоверности житий святых. До настоящего времени, насколько известно, в нашей православной литературе он подробно не рассматривался. Что такое жития – басни, легенды, благочестивые вымыслы, набожные фантазии, как думают многие у нас и как воспринимают их чаще всего на Западе? Или в них содержится историческая истина? Может быть, это некий особый вид церковной беллетристики, религиозные повести известных и неизвестных церковных писателей, рожденные в благородном стремлении к святости? Или же там описаны подлинные деяния, труды и чудеса реальных людей, поживших в подвиге и достигших духовного совершенства? Мы постараемся ответить на этот вопрос на основании достоверных исторических фактов, а также векового церковного сознания – убеждений, традиций и преданий, имеющих для нас, православных христиан, значение объективных доказательств. Ибо мы веруем в то, во что верует Святая Церковь, и принимаем все, что она приняла и одобрила как святое, будучи сама святой и непорочной (см.: Еф. 5, 27), столпом и утверждением истины (см.: 1 Тим. 3, 15).

Первый опыт перевода житий в редакции святителя Димитрия на болгарский язык принадлежит Н. Жекову. Он начал с книги за месяц сентябрь, перевел последующие пять томов (октябрь, ноябрь, декабрь, январь, февраль) и половину мартовского, сопроводив свой труд интересными комментариями. После Жекова у нас уже никто не осуществлял полный перевод Димитриевских «Четьих-Миней» – переводились и издавались лишь отдельные жития наиболее известных святых. Е. Спространов потрудился над созданием сборника житий болгарских святых, изданных иеросхимонахом святогорской келии «Достойно есть» Иоанном (Салоники, 1910). Одно время жития печатал в собственной типографии «Белый Крест» (болгарская благотворительная организация, кроме прочего, содействующая сохранению традиционных христианских ценностей, – примеч. пер.), но это доброе начинание, к сожалению, не смогло утвердиться. В 1930 году впервые увидело свет издание всего годичного круга житий, переведенных на болгарский язык, упорядоченных и собранных в один том Хр. Поповым. Однако содержащиеся в книге повествования сильно сокращены – внимание уделяется в основном внешней стороне событий, эпохе, месту и характеру подвигов того или иного святого и опускаются самые яркие, трогательные и назидательные смысловые моменты. Конечно, это закономерно – ибо как можно было иначе, без значительных сокращений, собрать в один том 12 книг?! Тем не менее данное издание, дающее краткие представления о каждом святом, может послужить хорошим пособием для священников и проповедников, а также пробудить у читателя интерес к самостоятельному углубленному знакомству с житиями угодников Божиих. Поэтому необходимо, чтобы кто-то у нас взял на себя труд перевода и издания полных «Четьих-Миней» святителя Димитрия Ростовского. Ведь греческая агиографическая литература достаточно богата (см.: Православная богословская энциклопедия под редакцией Н.П. Лопухина. Петроград, 1904. Статья «Жития». С. 586). Равно и в православной Сербии епископ Николай (Велимирович) в сотрудничестве со своими единомышленниками (архим. Иустином (Поповичем) и др.) издал «Прологи» и иные житийные сочинения. Почему же мы так отстаем в этом деле от наших православных братьев?! Известно, что ничто не назидает столь успешно, как добрый пример: «Verba movent, exempla trahunt» («Слова побуждают, примеры увлекают»), – гласит мудрая латинская поговорка. А в житиях святых содержатся такие примеры чистой, возвышенной, самоотверженной или покаянной христианской жизни, которые глубоко трогают сердце, утешают и поддерживают в скорбях, отгоняют отчаяние и необычайно укрепляют волю в борьбе со грехом. Мы часто восхищаемся религиозностью русского народа, но почему-то не размышляем о ее причинах, одна из которых – то обстоятельство, что русский православный народ религиозно воспитывался на житийной литературе, составлявшей любимое чтение во всех русских православных семьях. В русских монастырях также постоянно читали жития святых, и примеры из них пробуждали в благочестивых иноках особую духовную ревность и стремление к посильному подражанию. Этим и объясняется тот факт, что Русская Церковь дала миру такое великое множество угодников Божиих и что, кроме огромного 12-томного труда святителя Димитрия, в России были изданы и 12 томов с жизнеописаниями еще не прославленных русских подвижников благочестия XVIII и XIX веков. У нас же, к несчастью, жития сегодня в немилости, особенно – у интеллигенции. Народ еще ищет житийного чтения, но образованное общество смотрит на всякий подвиг, всякое стремление к богоугодному образу жизни, а особенно – на монашество, как на некий пережиток прошлого или бегство от реальной действительности. В силу своего духовного невежества подобные люди считают жития святых лишь благочестивыми баснями. Им понятнее и ближе фантастические романы, чем божественная и историческая правда православной агиографии. И, к несчастью, этим пагубным предрассудкам неверия и безразличия к святым подвержены и многие современные богословы…Выше мы показали, что с исторической точки зрения житийная литература вполне заслуживает доверия. Теперь же хочется привести еще ряд доводов в защиту авторитета житий святых против легкомысленного отношения к ним – не с точки зрения истории, а с позиции Церкви.


Апостолы переносятся ко гробу Божией Матери. 
Фрагмент фрески Успения. Сербия, Дечаны, XIV век

Святая Православная Церковь несомненно признает подлинность всего описанного в житиях своих святых чад, которые стали ее преданием. Конечно, житийные произведения не могут быть для нас равнозначными Священному Писанию и Священному Преданию вероучительными источниками, но они составляют, как мы сказали, т. н. предание церковное. Никоим образом не противореча Священным Писанию и Преданию, они вполне согласуются с догматами нашей Православной веры, с церковными пониманием нравственности, канонами и дисциплиной. Можно сказать, что они в прямом смысле пропитаны православным духом Святой Церкви и, не будучи прямыми источниками веры, имеют, однако, свою особую роль в церковной жизни – составляют необходимое для верующих церковно-педагогическое чтение. Но некоторые вопрошают: если в качестве источников веры, образцов Православия и критериев истинного благочестия мы имеем Священное Писание, творения Святых Отцов, решения и определения Вселенских и Поместных Соборов, то каково в таком случае значение житий святых? На это недоумение можно ответить так: главное преимущество житийной литературы состоит в том, что Православию, церковности, благочестию, борьбе с ересями, пороками и грехами и достижению в Православной вере главной цели христианской жизни – спасения – они научают на конкретных примерах. Святая Церковь всегда сознавала их величайшую пользу, поэтому еще на Поместном Карфагенском Соборе (419 г.), воспретив чтение различных сомнительных книг, дозволила назидаться во время богослужений лишь Священным Писанием и житиями святых мучеников (см. правила 24 и 46). По той же причине она поощряла собирание житий в отдельные книги и их распространение. Конечно, существовали и недостоверные апокрифические произведения (такие как «Сон Пресвятой Богородицы», «Епистолия о неделе» и проч.), но они не были признаны Церковью, чей глас и служит для нас непогрешимым критерием истины в вопросах веры, по слову преподобного Серафима Саровского: «Что приняла и облобызала Святая Церковь – все для сердца христианина должно быть любезно» (равно как и отвергаемое ею – отвергнуто). Увы, сегодня мы сильно отдалились от церковного быта, практически не читаем житий святых, мало участвуем в церковной жизни, не приобщаемся ее духа, веры и ценностей, совершенно отличных от духа, убеждений и понятий лежащего во зле лукавого мира. Поэтому мы и не хотим уже веровать и мыслить так, как учит Святая Церковь, в том числе и в отношении житийной литературы. Однако если мы детальнее вникнем в церковную жизнь, то увидим, что неприятие житий святых прямо подрывает основы богослужения, ибо богослужебные Минеи имеют с «Четьи-Минеями» неразрывную связь. Каждый день года, как в первых, так и во вторых, посвящен памяти тех или иных угодников Божиих, причем минейные тропари, стихиры и каноны восхваляют подвиги и чудеса святых, описанные в их житиях. Приведем лишь пару примеров. Так, 6 июня (здесь и далее даты указаны по церковному календарю, – примеч. ред.) празднуется память преподобного Виссариона Египетского (IV–V в.), в житии которого повествуется о предпринятом им 40-дневном посте и последовавшем за тем получении от Бога дара чудотворения. Также там говорится о чуде превращения соленой морской воды – ради жаждавшего ученика Дула – в пригодную для питья силой крестного знамения, о переходе святого через реку Нил «как по суху», об остановке им молитвой солнца, подобно Иисусу Навину, об изгнании бесов и иных дивных свершениях.

И все эти чудесные деяния преподобного Святая Церковь воспевает в богослужебных текстах:«Неизреченных подвиг твоих, ты божественною любовию, терпя стояние посреде терния, показал еси страдальцем равно сопротивление. Горькаго моря услаждаеши воды, и души напояеши в жажди, премудре. Преходиши выше Ниловых быстрин, творя немокренно, прехвальне, на водах шествие» (стихира на «Господи, воззвах»); «Нов явлься Иисус, богоносе, солнца течение уставил еси, мольбою светосиянною» (2-й тропарь 5-й песни канона) и проч. (см.: 1-й тропарь 6-й песни, 3-й тропарь 7-й песни и др.). В житии Пресвятой Богородицы (см. «Четьи-Минеи» за 15 августа) сказано, что в момент Ее Успения рассеянные по всему миру на проповедь Евангелия святые апостолы были чудесным образом восхищены на облаках и все вместе предстали одру Богоматери. Церковь же поет об этом так: «Богоначальным мановением, отвсюду богоноснии апостоли облаки высоце взимаеми, дошедше пречистаго и живоначальнаго Твоего тела, любезно лобызаху» («Слава и ныне» на «Господи, воззвах»). Ясно, что Святая Церковь не ставит под сомнение описанные в житиях угодников Божиих чудесные события. Посему, если мы не желаем принимать их на веру, то должны и изъять из богослужебного употребления Минеи, насыщенные поэтично обработанным пересказом житийных повествований (см., напр.: 2-я литийная стихира преп. Пафнутию Боровскому (1 мая), 7-я песнь канона мученику Мирону (7 августа) и мн. др.). Кроме того, некоторые праздники были установлены Церковью в результате чудесных происшествий – например, празднество 30 января в честь трех Вселенских Учителей (после их видения святителю Иоанну Евхаитскому, который, согласно «Четьим-Минеям», и составил им службу) (см. также «Четьи-Минеи» за 6 сентября, 26 октября, 25 ноября, 16 января, 24 февраля, 7 мая, 2 июля, 16 и 31 августа и т. д.). Теснейшую связь между богослужебными и житийными книгами подтверждают и синаксари в Минеях и Триодях, рассказывающие о подвигах святых и чудесных явлениях (см., напр., «Синаксарь на Пресвятую Госпожу Владычицу Богородицу, Живоприемный Источник» в Цветной Триоди). Еще одно подтверждение веры Церкви в истинность житийной литературы дает иконография – «плод учения как богооткровенного, так и святоотеческого», по слову архиепископа Серафима ((Соболева); ныне прославлен в лике святых, – примеч. пер.) (см.: Новое учение о Софии. София, 1935. С. 124). Наряду с учением Священного Писания и Святых Отцов, жития святых также служат ее источником. Например, на иконах святителя Николая Мирликийского в правом верхнем углу обыкновенно изображается Господь Иисус Христос с Евангелием, а в левом – Пресвятая Богородица с епископским омофором. Объяснение этому мы находим в житии святителя Николая, где говорится о том, что за заушение еретика Ария на Первом Вселенском Соборе он был лишен архиерейского сана. Но затем «некоторым из Святых Отцов Собора было такое же видение, коего удостоился и сам святитель еще прежде своего поставления на архиерейство. Они видели, что с одной стороны святителя стоит сам Христос Господь с Евангелием, а с другой Пречистая Дева Богородица с омофором и подают святителю знаки его сана, которых он был лишен. Уразумев из сего, что дерзновение святителя было угодно Богу, Отцы Собора перестали упрекать святителя и воздали ему честь как великому угоднику Божию» («Жития святых» свт. Димитрия Ростовского, месяц декабрь, день 6-й). А в большом храме Рыльского монастыря на западной стене, над главным входом, написана фреска Успения Пресвятой Богородицы, на которой изображен человек с отсеченными Ангелом Божиим кистями рук. Это – неверующий еврей Афония, согласно церковному преданию, отраженному в «Четьих-Минеях», дерзко попытавшийся во время похоронной процессии опрокинуть одр с телом Богоматери. В Никольском алтаре той же церкви запечатлен святитель Николай, заушающий Ария; а в алтаре преподобного Иоанна Рыльского – как диавол сбрасывает святого Иоанна со скалы, о чем рассказывается в житиях этих святых. Можно упомянуть и иконы преподобного Иоанна Дамаскина, на которых Пресвятая Богородица исцеляет его отсеченную руку, и многие другие образы, написанные в соответствии с житийными повествованиями (напр., преп. Герасима со львом, преп. Серафима Саровского с медведем и проч.). Каждый православный христианин обязан веровать так, как верует Святая Церковь, ибо в Православии нет места пагубному протестантскому индивидуализму и рационализму. Мы должны воспитывать себя, возрастая до высоких идей и верований Святой Православной Церкви через смиренное послушание ее порядкам и покорность ее вере и проповеди. Для величайших и послушнейших ее чад – святых и подвижников благочестия – житийная литература была излюбленным чтением и источником вдохновения. Так, о святом праведном Иоанне Кронштадтском известно, что он читал жития прежде, чем приступить к молитве – для образования молитвенного настроя. Преподобный Серафим Саровский знал многие жития почти наизусть. Епископ Феофан Затворник, необычайно талантливый и просвещенный церковный учитель, богослов и аскет, с детской простотой верил описанному в житиях и рекомендовал их своим духовным чадам в качестве полезнейшего чтения (см., напр., книгу «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться»). Архиепископ Серафим в своем научном труде «Новое учение о Софии» также цитирует жития святых и ссылается на них как на авторитетное достоверное церковное предание (см.: С. 23, 86, 136, 332, 324, 455 и др.). Отметим и еще один важный момент. Житие священномученика Лукиана у святителя Димитрия Ростовского начинается следующими словами: «Вспоминать победы преславных мучеников над диаволом и слугами его и страдальческие деяния подвижников Христовых – значит возвещать славу Христа Бога нашего и проповедовать силу Его, явленную в добрых подвигах мучеников, страдавших во славу пресвятого Его имени. Христос Сам был победителем во всем, по слову Своему: „Мужайтесь: Я победил мир“ (Ин. 16, 33)». Таким образом, авторы и составители житийных произведений не представляют святых некими богами, но прославляют через них единого истинного Бога, по слову Псалмопевца: Дивен Бог во святых Своих (Пс. 67, 36) и Хвала Ему в собрании святых (Там же. 149, 1). Посему они справедливо отмечают, что все свои чудеса святые совершали благодатью и силой Божией (см., напр., житие св. мч. Ферапонта от 25 мая).  Итак, мы показали, что не существует каких-либо оснований – исторических или церковно-догматических – для скепсиса в отношении житийной литературы. Главным поводом к ее неприятию обыкновенно становится чудесная сущность описанного. Но в таком случае нужно поставить вопрос: веруем ли мы вообще в факты чудесных явлений? Если всесильный Господь творит чудеса (см.: Пс. 76, 15), если их Его силой совершали святые апостолы, то почему же святым угодникам Божиим мы отказываем в такой возможности? Ведь Сам Господь Иисус Христос сказал: Веруяй в Мя, дела, яже Аз творю, и той сотворит, и болша сих сотворит (Ин. 14, 12), а также: Аще имате веру яко зерно горушно, речете горе сей: прейди отсюду тамо, и прейдет: и ничтоже невозможно будет вам (Мф. 17, 20). Практически все жития святых и служат наглядным подтверждением этих Христовых обетований. Да и кто может доказать обратное – нереальность житийных чудес? Если мы становимся на путь отрицания, то с необходимостью должны прийти в итоге к непризнанию всего сверхъестественного в Библии, ибо в житиях святых описаны те же самые чудеса, что и в Слове Божием. Следовательно, единственное основание для их отвержения – неверие и нецерковность (неправославность). И посему нам остается лишь со смирением, детской верой и послушанием Святой Православной Церкви принять житийные чудеса – тем более что такие случаи не являются достоянием исключительно прошлых времен, но происходят и поныне (см., напр.: Климент Рылец, архим. Чудеса святого Иоанна Рыльского. София, 1940). Святая Церковь, подобно светским наукам, основывающим свои положения на экспериментах, имеет собственный богатый религиозный опыт. Выразителями ее здравого религиозного опыта и служат святые, чьи жития – настоящая сокровищница неложных духовных истин. Существует и иной религиозный опыт – больной, мечтательный, коему обычно приобщаются люди, ведущие духовную жизнь без всякого руководства, ищущие не добродетели, а видений и чудес, и в этой своей больной мечтательности достигающие головокружительных мнимо духовных высот без труда, подвига, страданий, унижений и мук за Христа. Люди, желающие стяжать духовные дарования без отречения от самомнения и гордыни, приходят в опасное духовное состояние, на церковном языке именуемое диавольской прелестью. Потому и необходимо читать творения Святых Отцов и жития угодников Божиих – они отверзают наши духовные очи и учат нас отличать истинный духовный опыт от ложного. Они помогают глубже понимать Слово Божие, уметь распознавать козни желающего погубить нас диавола и чувствовать присутствие всесильного Помощника – Бога, а также всегда безошибочно распоряжаться своей свободной волей и искать содействия Божией благодати, без которой мы не можем даже возыметь желания стремиться к святости и спасению. Жития показывают, что спасение это возможно лишь в лоне Православной Церкви, в своих святых Таинствах подающей верующим божественную благодать, и т. д. Значит, читая жития святых, мы научимся понимать духовную жизнь, возжелаем идти их путем, приобщаясь веры, высоких идеалов и жизни Святой Церкви, будем стремиться к посильному угождению Богу и, наконец, достигнем конечной цели нашего земного бытия – спасения.

Архимандрит 
Серафим (АЛЕКСИЕВ)

Перевод с болгарского языка 
Анны САМСОНОВОЙ

Просмотров: 56 | Добавил: Степанович | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: