Среда, 18.07.2018, 15:41 | Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход
Главная » 2013 » Март » 6 » «Я живу для него, а он для меня: семейное счастье – в жертвенности»
23:06
«Я живу для него, а он для меня: семейное счастье – в жертвенности»
«Я живу для него, а он для меня: семейное счастье – в жертвенности»
 
 
Семья Ганчиных: отец Иоанн, матушка Людмила, Антоний, Алевтина При монастырях или лаврах, где есть духовная семинария, можно встретить православных незамужних девушек, которые хотят стать женами священников. Люди их с иронией называют ХБМ, что расшифровывается просто: хочу быть матушкой. Для этого «хабээмки» поступают в регентские школы, устраиваются на послушание в иконописные мастерские или просто приезжают посетить семинарии, чтобы завязать нужное знакомство. Наша следующая героиня никогда не мечтала стать женой священника – она просто по-настоящему влюбилась в человека, а не в его профессию. До замужества матушка Людмила жила в удивительно красивом селе Куты на Черкасчине, училась в местной школе и ходила в сельский храм. Нынешний наш архиепископ Кировоградский и Новомиргородский Иоасаф тоже родом из этой деревни. Именно он, можно сказать, и привез для матушки ее будущего мужа, когда, приезжая на малую родину, брал с собой из Киева хор семинаристов, радовавших своим пением приход сельской церкви. Ангел между отцом Иоанном и матушкой Людмилой пролетел во время встреч семинаристов и церковной молодежи в доме сельского священника. Поначалу матушка была настроена только на дружбу с приглянувшимся юношей, и где-то с полгода-год они просто общались – он учился в Киевской духовной академии, а она – в столичном профтехучилище. Батюшка покорил ее сердце незаметно для нее самой – «я не знаю, когда влюбилась». Но в тот рождественский вечер, услышав от отца Иоанна предложение руки и сердца, она уже точно знала, что он – человек, посланный ей Богом. «Именно о таком супруге я и мечтала. Я всегда хотела, чтобы он был высокий, статный, чтобы был любящим, надежным мужем и хорошим отцом для детей. Это все сбылось. И я благодарна за это Господу». Мало кто знает, что, выходя замуж за священнослужителя, девушка невольно приобретает некую публичность. К ней присматриваются и прихожане храма, и соседи, и в школе, где учатся дети. Как бы она ни старалась жить замкнуто, пристального внимания не избежать. С этим столкнулась и матушка Людмила. Она рассказывает, что, когда приходит в храм на службу, постоянные прихожане, которые знают, что она жена священнослужителя, внимательно следят за всем: когда она приходит, когда уходит, как молится, как крестится, куда смотрит, в чем одеты она и ее дети, какую свечку купила, куда поставила. И сопоставляют со своего рода эталоном, судят по своим критериям. Да уж, не случайно жизнь матушек сравнивают с жизнью рыбки в аквариуме – всегда на виду, все время под наблюдением. В отличие от других жен, они многого себе не могут позволить. Короткие платья, яркий макияж, высокие каблуки, само собой, недопустимы. «Но внешний вид православной женщины – это совсем не юбка "в пол”, огромный платок, обмотанный несколько раз вокруг головы, и темные бесформенные кофты, – говорит матушка Людмила. – Таким видом можно только отпугнуть людей и привлечь к себе еще больше внимания. В одежде необходимы стиль и мера, ведь то, как выглядит женщина, говорит о ней многое». Отличается жизнь матушки и частыми переездами за батюшкой из прихода в приход. После рукоположения в диаконы отец Иоанн служил в Киеве, по окончании академии работал преподавателем, затем поехал по направлению в Новую Каховку, где епископом был Владыка Иоасаф. Поначалу они с матушкой жили в доме у Владыки: ночевали на матрасах, а вещи не выкладывали из сумок, пока через 3-4 месяца не перебрались в выделенный им домик. Прожили так три года и тут получили новый указ, на новую кафедру, в кировоградский Кафедральный собор Рождества Пресвятой Богородицы. Снова ящики, сумки, разобранная мебель. «В то время как раз была первая седмица Великого поста, я видела, как батюшка был загружен, и старалась его не тревожить – то один шкафчик собрала, то другой, и так потихоньку обустроила жилище. Когда я вижу, что он приходит уставшим, стараюсь не нагружать его лишним, и если могу что-то сделать сама, то делаю, ведь понимаю, как сильно он изматывается. Я живу для него, а он – для меня. Семейное счастье как раз и заключается в любви и жертвенности, в том, чтобы давать, а не брать. И получается, ты отдаешь супругу, а он отдает тебе». Кроме всего прочего, матушка отдает еще и самого супруга его служению. Глубоко символично, что перед рукоположением с будущего священнослужителя снимают обручальное кольцо – он отныне прежде всего принадлежит Церкви, приходу. Жене теперь достается меньшая часть мужа, меньше его внимания. «Но мне достаточно одного звонка. Допустим, когда он уезжает рано на выезд и позвонит мне днем, спросит про меня, узнает о детях, я уже рада, и сердце мое спокойнее», – говорит матушка Людмила. Скучает за отцом и пятилетний сынишка Антоний. Он видит папу редко, и для него большая радость пообниматься, побороться, поиграть с ним. Отец Иоанн для него как образец. С самого маленького он подражает ему во всем – например, возьмет погремушку и раскачивает ее, как кадило. Или священником себя представляет: помазывает всех кисточкой для рисования, еще и руку обязательно дает целовать. Любит Антоний и кропило взять, иконы перебрать, пока никто не видит. «Бывало, спрашиваю: "Сынок, чего на полочке все попадало?” А он серьезно так отвечает: "Мама, я молился”», – с улыбкой вспоминает матушка. В алтаре Антоний может простоять в сторонке чуть ли не всю службу и даже не шелохнуться. Родители и не думали, что у их непоседы проявится такая выдержка. А наслушавшись церковных песнопений на службе, он запоминает и повторяет их дома. Очень любит и военные песни – с двух лет поет «День Победы», «Журавли», «Идет солдат по городу», «Катюшу». А скоро Антоше станет подпевать и маленькая сестренка – пять месяцев назад в семье Ганчиных родилась дочурка Алевтина, которую они ласково называют Алечка…
 
***
 
Проведя несколько вечеров в домах батюшек и поближе познакомившись с их женами, нельзя не задуматься о том, в чем же схожесть этих семей. «Все счастливые семьи похожи друг на друга…» – слова русского классика в этом случае кажутся поистине правдивыми. Подлинное счастье заключается у каждого в своем, но без взаимной любви и жизни с Богом, по словам матушек, оно просто немыслимо.
Елена Несен
Просмотров: 430 | Добавил: Степанович | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: