Суббота, 17.11.2018, 06:38 | Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход
Главная » 2014 » Август » 22 » Врач – один из основателей искусственного оплодотворения: «Я говорю „нет!“ in vitro»
22:41
Врач – один из основателей искусственного оплодотворения: «Я говорю „нет!“ in vitro»

Врач – один из основателей искусственного оплодотворения:

"Я ГОВОРЮ "НЕТ!" IN VITRO"

 

Доктор Тадеуш Василевски, один из пионеров внедрения искусственного оплодотворения в Польше, теперь стал радикальным противником этого метода.
В Польше продолжается дискуссия по законопроекту о лечении бесплодия, представленного Министерством здравоохранения к общественному обсуждению. Доктор Василевски выступил со своим заявлением касательно этого закона, который Польша должна принять, согласно требованиям законодательства всего Европейского Союза.
По мнению ученого, позиция, изложенная в законопроекте, характеризуется крайним либерализмом, не считается с негативными последствиями метода, и, по сути, просто одобряет нынешнее положение клиник in vitro.

Он, со своей стороны, предлагает формулировку: «На территории Польши полностью запрещаются методы экстракорпорального оплодотворения».
«Законопроект, - указывает доктор Василевски, - содержит немало дыр, неточностей и непоследовательностей. В проекте закона говорится об этической, деонтологической деятельности. Поэтому, -отмечает учёный,- возникает противоречие: невозможно говорить об этической деятельности и одновременно одобрять программу in vitro, т.к. она не дает абсолютной гарантии, что все человеческие существа, жизнь которых начинается в результате применения этого метода, выживут. Речь идет о так называемых «лишних зародышах», которые являются, с точки зрения науки, ничем иным как первым этапом существования человека. Определение человеческой жизни — однозначное и записано в учебниках по эмбриологии, гинекологии, акушерства и педиатрии. Там записано определенно, что человеческая жизнь начинается с момента сочетание яйцеклетки со сперматозоидом, и заканчивается естественной смертью».

Далее доктор Василевски пишет: «Если представить, в чем заключается метод in vitro, на примере пятилетних детей — живых, очевидных, конкретных, — то этот метод не длился бы даже два дня. Если бы мы заявили, что, в общем, у нас есть способ спасти некоторых из этих детей, но только ценой жизни других — никто бы такого метода не одобрил. Но когда это касается зародыша, который имеет две, четыре и каждый раз все большее количество клеток, на которые специалист смотрит в микроскоп, — то нам легко манипулировать человеческим бытием на таком уровне.

Конечно, супружеское бесплодие — это актуальная проблема, которая касается всё более широкого круга людей. Потребность иметь ребенка, желание иметь ребенка огромные.

 

В наше время программа искусственного оплодотворения уже космополитическая, общедоступная, и каждый раз все больше центров и медиков могут ее осуществить. В каких-то процентах случаев она даёт хороший результат. И как можно перед лицом таких хороших результатов сказать программе «нет»? Тем более, когда говорится, что те, кто против искусственного оплодотворения, темные, отсталые и противятся прогрессу, выступают против пар, которые не могут иметь детей и, вообще, лишены сострадания.
Однако если всерьез относиться к определению того, что такое человеческая жизнь, то одобрить законопроект об экстракорпоральном оплодотворении будет явным недоразумением».

Кроме того, отметил доктор Василевски: «Этот законопроект сводит лечение бесплодия исключительно к данному методу. Якобы это быстро, просто, и не нужно тратить время на другие методы».

Кроме того, доктор имеет и мелкие терминологические замечания к проекту (хотя на самом деле речь идет не о мелочи, потому что терминология показывает мышление авторов закона): например, в тексте то и дело появляется то «репродуктивная медицина», то «прокреационная медицина».

«Надо определиться, — утверждает доктор Василевски, - ибо термин «репродуктивная медицина» применяется к родоразрешению животных, зато прокреационная медицина занимается вопросами человеческой жизни.

«Но это мелочи, — отмечает ученый, — я говорю: нет in vitro! Нет – смерти зародышей, неотъемлемой составляющей процесса реализации программы, и его непосредственные последствия. Также имеются еще и долгосрочные последствия: к ним он относится влияние медикаментов на здоровье, медикаментов, которые женщина и мужчина принимают для этой процедуры».

Также откровенной неэтичностью ученый считает возможность «пойти и взять» зародыш в клинике. «Если кто хочет усыновить ребенка, то должен подать заявление в центр усыновления, выполнить все требования: иметь соответствующий возраст, материальный доход, постоянную работу, быть в браке, владеть домом и т.д. Такой человек должен быть соответственно подготовлен, пройти курс, заполнить анкеты. И только после того, как он это пройдет, получает возможность усыновлять. Но почему мы об этом всем не спрашиваем, когда осуществляем перенос оплодотворенной яйцеклетки в матку одинокой женщины? Почему никто не спросит, каким будет будущее этого ребенка: имеет его будущая мама жилье, работу, деньги?»

Несомненно, на такие слова возмутятся одинокие женщины, которые заявят о своем «праве» иметь потомство. Я только напоминаю, как выглядит закон о порядке усыновления», — замечает доктор Василевски. Ибо в законопроекте об искусственном оплодотворении написано так, что каждый желающий может воспользоваться этой процедурой, и никто не проверит, отвечает ли он хоть каким-то критериям. Причем в следующем же предложении проекта говорится об уважении достоинства человека и этике.

Законопроект даже словом не упоминает о том, как долго в клиниках могут храниться эмбрионы. Известно, что отобранные зародыши подсаживают в матку, а «лишних» держат в жидком азоте. Как долго их будут держать — не упомянуто. Очевидно, авторы законопроекта дают «карт-бланш» руководству клиник, чтобы те распоряжались имеющимися зародышами, как им угодно.

Поскольку метод in vitro так активно насаждается в польском обществе, — отмечает ученый,- то нужно говорить всем: я соглашаюсь не на искусственное оплодотворение, а насмерть тех своих детей, за счет жизни которых, выживет один ребёнок.

«Этот закон ничего не изменит в отношении имеющегося фактического состояния общества, - комментирует доктор, — но мы, поляки, могли бы пойти другим путем. Если мы видим проблему и хотим бороться с супружеским бесплодием, то можем развивать прокреационную медицину, которая так же результативна. Мы будем стремиться к осуществлению детальной глубокой диагностики бесплодия. Мы покажем Европе, что в этой области прекрасно можем действовать, используя методы, за которые не платят жизнью миллионы детей. И что это вовсе не означает, будто мы живем в отсталом, темном обществе.
Почему мы не в состоянии быть мужественными? Почему не можем научиться уважать человеческую жизнь от зачатия?

Я занимался програмой in vitro в течение 14 лет. Я знаком с этим методом не из книг, но и из повседневной работы, из личного опыта. Я помог многим пациенткам иметь потомство. Только какой ценой? Сколько должно было погибнуть эмбрионов, чтобы жил только один? Это вовсе не от меня зависело, это такой метод, - думал я тогда. Мы не можем создать таких условий для эмбриона, которые будут эффективны на 100 процентов, и что это будет для данного эмбриона полностью безопасным. Каждый честный врач подпишется под этим мнением».

* * *
Профессор Тадеуш Василевски, доктор медицины, — один из первых врачей в Польше, которые использовали метод экстракорпорального оплодотворения. С 1993 до 2007 года работал в первой в Польше клинике in vitro. В апреле 2007 года заявил: «Никогда больше не буду делать процедуру in vitro. 1 января 2009 основал первую в Польше клинику лечения супружеского бесплодия методом НаПроТехнологии. Работает там и сегодня.

Источник:deon.pl/religia/kosciol-i-swiat/z-zycia-kosciola/art,19500,naukowiec-o-in-vitro-powinno-byc-zakazane.html
Просмотров: 399 | Добавил: Степанович | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: