Четверг, 08.12.2022, 13:16 | Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход
Главная » 2014 » Январь » 21 » ВИЗАНТИЙСКИЕ ПРОРОЧЕСТВА (начало)
00:03
ВИЗАНТИЙСКИЕ ПРОРОЧЕСТВА (начало)

ВИЗАНТИЙСКИЕ ПРОРОЧЕСТВА 
(начало)


Вниманию боголюбивого читателя предлагается переиздание редчайшей брошюры о судьбе Византии, составленной под редакцией архимандрита Леонида (Кавелина) и отпечатанной в Троице-Сергиевой Лавре в царствование Императора Александра III.

Кроме краткой Истории Второго Рима в книге имеется целый ряд пророчеств и предсказаний прозорливых мужей и о будущем бытии Константинополя.

Редакция альманаха "Жизнь вечная” сочла необходимым к Византийским пророчествам о Царьграде добавить предсказания ветхозаветных святых пророков и святых подвижников благочестия Российской Церкви.


СОДЕРЖАНИЕ :

СЛАВНАЯ ИСТОРИЯ ЦАРЬГРАДА

 

Горе Тебе, Седмохолмный граде, что
тобою иноплеменные обладают народы,
и благо тебе будет, когда русые сыны
Севера, победители Русские возьмут тебя.

 

Царствовал в Риме Великий Император Константин Флавий, который распространил веру христианскую, создал многие храмы Божии, щедро украшал их, идолов же языческих сокрушал, и была тогда радость великая христианам. В 13-е лето царствования своего Константин, озаренный светом Божиим, захотел построить город во имя свое и послал для сего многих мудрых мужей в Азию, и в Ливию, и в Европу, да изберут на создание града преславное и нарочитое место.

 

Возвратились посланные и донесли Царю о различных местах, виденных ими, более же всего восхваляя Македонию и Византию. Когда размышлял Царь о сих и других местах для построения города, то в ночное время заснул и слышал во сне глас: "В Византии подобает Константину граду создатися”. На другой же день Царь, оставив в Риме наместника своего и двоих сыновей своих Консту и Константина, младшего же сына своего Далмата отослав в Британию, отправился с матерью своею Еленою в Византию, с нею же взял и жену свою Царицу Максимиллу, дочь Царя Диоклитиана, и сына своего Константина, и зятя своего Ликиния и двух братьев своих — Далмата и Констандиона, и Далматова сына, Далмата же и двух сыновей Констандионовых — Галу и Иулиана. Прибыв в Византию, Константин увидел на том месте семь гор и много глушищь морских. Тогда Царь повелел рыть горы и наполнять землею низменные места, на глушищах ставить каменные столпы, делать на них своды и ровнять место.

 

В предании говорится, что, когда определялась окружность города, Царь шел пешком с копьем в руке. Когда он прошел большое расстояние, тогда один из спутников спросил его: "Далеко ли еще, Государь?” Константин отвечал: "До того места, где остановится тот, кто идет впереди меня”. Этими словами он дал понять, что им предводила высшая Небесная сила и научала его, что надлежало делать.

 

После сего Царь, собрав вельмож своих и земских князей и министров, держал с ними совет, как поставить стены, стрельницы и ворота городские. После сего он приказал размерить место на три угла, в каждую сторону по семи верст, так, чтобы городу находиться между двух морей — Черного и Мраморного. Когда производилось это размерение, внезапно выполз из норы змей и пополз по месту, где происходила работа. Но вдруг свыше спустился быстро орел, схватил змея, поднялся с ним на воздух и скрылся на несколько времени из глаз. Наконец змей, обвившись вокруг орла, одолел его и пал с ним вместе на землю, на то же самое место, откуда был поднят орлом. Тогда прибежали люди, убили змея и освободили орла. Видя сие, Царь пришел в ужас и, созвав книжников и мудрецов, просил их объяснить это знамение. Они же, поразмыслив, сказали Царю:

 

"Место это наречется Седмихолмием и прославится и возвеличится во всей вселенной паче иных градов. Но так как оно стоит между двумя морями, то будет биемо морскими волнами и поколебимо будет, т.е. будет доступно нападениям врагов, и поколеблется. Орел есть знамение Христианское, а змей — знамение бусурманское. И так как змей одолел орла, то это означает, что бусурмане впоследствии одолеют Христиан; но так как Христиане убили змея и освободили орла, то это предзнаменует, что напоследок Христиане одолеют бусурманство и возьмут Седмихолмие и в нем воцарятся”.

 

Чрезмерно смутился Царь, слыша это, и повелел записать слова сих мудрецов. После сего велел разделиться на две части магистрам своим и распорядителям делами города и одну часть послал размеривать стены и стрельницы (башни, укрепления на стенах) и начать сооружать город, а другую часть — размеривать улицы и площади на римский манер и таким образом начать устроивать храмы Божии, и дворец Царский, и иные домы славные вельможам и мегистанам (земским начальникам) и всем сановникам, и проводить сладкие воды (устраивать водопроводы).

 

Царь Константин, видя, что в городе мало живущих, ибо город сей был очень велик, собрал из Рима и других стран знаменитых вельмож и мегистан и сановников со множеством людей их, и построил им большие дома, как чертоги, в которых они жили спокойно и весело и забыли отечества свои. Соорудил также для себя великолепные палаты, устроил в городе ипподром и две большие крытые улицы для торга, и назвал свой город Новым Римом. Впоследствии воздвигнуты были в Константинополе православные храмы Божии:

 

Святой Софии и Святых Апостолов; Святой Ирины; Святого Мокия; Святого Архангела Михаила. Поставил на площади тот пречудный столп багряный, который был из Рима привезен морем в течение трех лет до Царяграда (ибо был очень велик и тяжел), от моря же до торгу был перевезен в один год.

 

По прошествии некоторого времени Царь с патриархом и святителями, собрав весь священнический чин, также и весь синклит Царский и множество народа, сотворил литию, мольбы и молением воздающе хвалу и благодарение Всемогущей и Животворящей Троице, Отцу и Сыну и Святому Духу, и Пречистой Богоматери, предал град и всех живущих в нем в руки Пресвятой Владычицы Богородицы "Одигитрии” 1 ] говоря: "Ты убо, Всенепорочная Владычице, Богородице, человеколюбивая естеством суще; не остави град сей достояния Твоего, но яко Мати Христианскому роду, заступи, и сохрани, и помилуй его, наставляя и научая во вся времена, яко человеколюбивая и милостивая Мати, яко да в нем прославится и возвеличится имя великолепия Твоего во веки”.

 

Тогда весь народ единогласно произнес: "аминь” и благодарил Царя, похваляя благоразумие его и усердие к Богу. Царь же принуждал стратигов (военачальников) и городских начальников, чтобы они созидали святые храмы и строили дома мирские, да наполнится через это город строениями; вельможам же своим, мегистанам и знатнейшим людям приказал, что ежели кто из них удостоится от Царя чина или звания почетного, чтобы тот, дабы оставить по себе достойную память, воздвигал или какую-нибудь славную обитель или какое другое дивное здание.

 

Точно то же самое делали царствовавшие по смерти его Цари и Царицы: ибо все они в свое время подвинулись на устройство преславных вещей; одни на изыскание и собрание вещей, относящихся к жизни земной, страданиям и смерти Господа Иисуса Христа, и Пречистыя Богоматери ризы и пояса, и святых мощей и божественных икон, другие на прибавление града и великих домов, некоторые же на созидание святых обителей и храмов божественных, как сделали святые Цари, и Юстиниан, и Феодосий Великий, и Царица Евдокия, жена Царя Ираклия, и многие другие. Таким образом наполнился город столь преславными и дивными вещами, что некогда блаженный Андрей Критский, взирая на град, удивлялся и сказал: "воистину город сей выше слова и разума есть”.

 

КОНСТАНТИНОПОЛЬ В ПОЛОВИНЕ XVIII СТОЛЕТИЯ

 

Пешеходец Василий Григорьевич Барский — Плако Альбов в своем путешествии 1744 года так говорит о Константинополе:

 

«Вид Константинополя есть треугольный: в котором началом есть ребро, лежащее к западу, верх же его простирается к востоку; он есть аки-бы един остров окружен от севера заливом, называемым Рогатым, от востока краем моря Босфора, от полудня Пропондитом, а от западаФракийскою землею. Некоторые сказуют, что окружность его составляет 18 итальянских миль, или 36 верст.

 

Константинополь бысть иногда величайшая и сильнейшая столица Восточной, си есть Греческой Монархии, а Западной, или Римской Империи, сверстница, и есть совершенным междустением, или соединением Азии с Европою. Он силою страшного своего оружия и славою побед своих все в Европе, Азии и Африке лежащие грады, кроме Рима, превозвышаще. В сем царствующем граде бысть иногда Феатр (собрание возвышенных примеров) Христианския славы, из него же произойдоша многие мудростию и добродетельми просиявшие Цари, Богоносны отцы и непобедимы столпы церкви Христовой, иже Богодухновенным учением своим всех на Христа Спасителя и Святейшую Церковь Его восставших еретиков и развратников истинныя веры победиша, а благонравием и человеколюбием своим жестокосердых укротиша варваров, и из всего правду и истинное учение любящего света, несравненною и сущей Христовой благодати и истины наполненною проповедию, тьму заблуждающагося неведения прогнаша.

 

Воистину тот человек не погрешит, иже Константинополь ключом вселенныя, средоточием царств и сердцем всех частей света назовет. Сей единый град совершенно того достоин, дабы разделенной Вере Христовой паки в нем соединитися, о чем первенствующая и Православная Греческая Церковь в праведных своих молитвах ежедневно у Создателя Бога просит, дабы Христианские Цари, многими областями владычествующие, престол свой по прежнему тамо возымели, науки, яко в крепком забрале, без упадка процветали, и всему Христианству полезные законы из него, яко из главного источника, познанию славы и величанию имени Иисус-Христова, неоскудно бы проистекали.

 

Но к общему Христианин всех жалению, в несказанный упадок преславный град сей пришел. Красота Царских палат, великолепие, происходившее вероятия, сокровища святых Божиих церквей, мрамор, живописию, мусиею, златом и сребром преукрашенные Христианские храмы и монастыри, княжеские и знатнейших граждан великие домы, на высочайшую степень взошедшие науки и художества, почти в совершенное уничтожение приидоша. Святые церкви в Магометовы капища и в исламские мечети в 1453 году обращены. Мудрость безумием, а науки невежеством поглощены, а притом гордостью и тиранством окованы.

 

В Константинополе суть только два ветра, северный и полуденный. Город сей весь на 7 холмах построен, а потому в древние временаСедмихолмием, также Вазантиею называем был. Улицы в нем тесные и кривые, наполнены нечистот и смрада. В Царьграде 2 темницы, из коих одна для знатных узников, Едикул, с 7 башнями, а вторая Баин или Бано. В сем странном мучилище находятся по две и по три тысячи пар на цепях, в железах без различия полу и достоинства скованных Христиан, которых наследные неприятели имени Христова не по-человечески, но хуже скотов в темных ямах содержат, а какие им от турок муки и насильства бывают, того весьма трудно описати!»

 

ХРАМ СВЯТОЙ СОФИИ 2 ]


Между многими удивительными в Константинополе зданиями был храм Святой Софии, который, по усердию к Богу, воздвигнул святой Юстиниан, Греческий Государь, и посвятил его Премудрости Божией3 ]. Стены сего храма, как внутри так и снаружи, были из мрамора белого, червленого и других редких камней. Паперти же, окружавшие оный, построены были также из разноцветных камней, но притом наискуснейшим образом. Тяжесть всего здания поддерживалась великим множеством столбов. Широта и долгота храма были удивительны, самый же верх возвышался на ружейный выстрел.

 

Сколь же великим тщанием и иждивением сооружен сей храм, о том свидетельствует древний летописец Дорофей, митрополитМонемвасийский, который пишет следующее:

 

«В лето от воплощения Христова 531, в царствование греческого Царя Юстиниана, на учрежденное некогда им конское ристание, когда стеклось отовсюду великое множество народа; тогда в продолжение обыкновенно бываемых между собою сражений, более тридцати пяти тысяч лишилось жизни, забавляющихся таковыми играми разного рода людей. По более точным сведениям, на ипподроме вспыхнул антиимператорский мятеж двух партий — так называемых "зеленых” и "голубых”. Бунтовщики сожгли центр столицы, в том числе Константиновскую церковь Святой Софии, церковь Св. Ирины и Сенат.

 

Мятеж был подавлен замечательнейшим полководцем VI века Велизарием. По окончании же сего самопроизвольного кровопролития Юстиниан, возжалев о убиенных и сокрушаясь о их преждевременной смерти, помышлял, чем бы возмог умилостивить своего Создателя, раздраженного убийством, напоследок, по истечении немалого времени, пришло ему на мысль соорудить храм, могущий удивить вселенную своим великолепием. Посему Юстиниан, написавши ко всем государям и владельцам союзным и подвластным ему, требовал, да бы они, как мраморные столбы, так и другие камни и прочие редкие вещи собирая, присылали в Константинополь, которые и были присылаемы в продолжении семи с половиной лет. Когда же все было в готовности, тогда Юстиниан в первоенадесять лето царствования своего приступил к сооружению храма таким образом.

 

В воскресный день, по совершении литургии, патриарх в первый час для, взявши крест Господень и святые иконы, во-первых освятил воду; посем с Государем и прочим народом, неся животворящий крест, пошли из церкви на то место, на котором Юстиниан вознамерился воздвигнуть храм. Прибывши туда, Царь, взяв своими руками камень и известь, прося от Бога помощи, положил оное в основание, чему последовали и прочие вельможи его двора.

 

Что же касается до расположения храма, то оное уже Греческому Государю чрез Ангела Божия, явившегося ему во сне, было известно еще во время приуготовления материалов. И так, заложив сию церковь, определил к деланию ее десять тысяч человек, которые, с усердием продолжая сию работу, напоследок соорудили под руководством самого Бога знаменитый храм Святой Софии, именуемый земным небом, новым Сионом, славою церквей и похвалою вселенной.

 

В продолжение строения сего храма Император Юстиниан, издержав все сокровища царства своего и не имея чем кончить божественное дело сие, весьма печалился. В то время, когда он, терзаясь сею печалью, с прискорбностью смотрел на художников, зиждущих храм, вдруг предстал пред лице сего Государя благообразный юноша и спросил: "Государь, что за причина столь великия твоея печали?”. И Юстиниан, воззревши на юношу и испустив тяжелый вздох, ответствовал: "Все богатство царства моего я уже издержал, и теперь, не имея ничего, что бы я мог дать сим работающим за труд, лишаюсь почти надежды совершить желаемое мною”.

 

"Не сетуй о сем, Государь, — продолжал юноша, — завтра, при восхождении зари, пришли ко мне с конями твоих чиновников, я дам тебе злата гораздо более, нежели сколько нужно на сооружение храма; меня же они найдут у Золотых врат”.

 

Юноша, изрекши сие, с поспешностью удалился; а Греческий Государь, обрадованный его обещанием, позабыл спросить, кто таков юноша, откуда он и как ему имя. Впрочем, с нетерпеливостью препроводя тот день, как скоро увидел багряное чело зари, так скоро, призвав к себе квестора (казначея) Василида, епарха (царедворца) Феодора, и Патрикия воеводу, и пятьдесят служителей, повелел им, взявши двадцать коней и сорок мехов, ехать для взятия злата к ожидающему у Златых врат юноше. Сии, принявши от своего Государя такое повеление, ту же минуту удалились для исполнения оного.

 

Прибывши же к Златым воротам и увидя юношу, сидящего на белейшем самого снега коне, к нему приблизились, а он, давши знак рукою, приказал им следовать за собою, и когда они прибыли к Трибуналу, тогда греческим чиновникам представились великолепные чертоги, у крыльца которых сошед все с коней, пошли за юношею по преудивительной лестнице, ведущей к обширному покою, по прибьггии к которому юноша, отворивши двери и взяв лопату, насыпал сорок мехов чистого золота, лежавшего на полу покоя. Таким образом юноша, исполнив свое обещание и заключив паки покой, отпустил чиновников, сказав им: "Ступайте к Царю Юстиниану и отдай те ему сие злато”.

 

Греки, привезя золото, вручили оное Государю, который с удивлением спросил их: "Кто таков юноша, оказавший столь великое благодеяние?”. Вельможи, умолча об имени сего благотворителя, возвестили только Царю о палатах, виденных ими, и о множестве золота, лежавшего на полу пространнейшего покоя. Юстиниан, услышав оное, хотя и подумал, что юноша паки придет, однако сего не исполнилось. И когда между тем довольно прошло времени, тогда Греческий Монарх, желая возблагодарить снабдившего златом юношу, послал двух царедворцев нарочно к палатам, повелев им возвестить юноше, что он желает его видеть.

 

Чиновники, прибывши к Златым воротам, не только не нашли юноши, но даже того здания, в котором хранилось злато. Почему, возвратившись без всякого успеху, донесли о сем Государю, который услыша сие, уже познал, что тот юноша был посланный от Бога Ангел, а потому, повергшись на землю, изрек сие: "Ныне познах, яко посла Бог Ангела Своего, и дарова мне толикий дар: воистину дивен Бог во святых Своих!..»

 

Таковое принеся благодарение Господу Богу Юстиниан, с большею ревностью приступил к сооружению храма и, удовлетворяя художников, поспешал в окончании оного, так что по прошествии немногого времени совершивши сей огромный храм, поддерживаемый внутри и вне двумя тысячами мраморных столбов, коих верхи и подножия, будучи позлащены крепко, вмещали еще в себе частицы Святых мощей, не знал, кому посвятить оный.

 

Размышляя о сем долгое время, напоследок Юстиниан узнал чрез посланного от Бога Ангела, что храм долженствует быть посвящен Софии, Премудрости Божией. Обрадованный сим откровением, Греческий Монарх в то же время посвятил оный, по повелению Божию, Святой Софии».

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

 

Просмотров: 595 | Добавил: Степанович | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: